ivahin-karyakin-polomoshnov
Артём Поломошнов: «Ждём в 2018-м первого алтайского гроссмейстера»
Опубликовано:30 декабря 2017 г.
Автор: Сергей ЗЮЗИН
Источник: «Алтайский спорт»

Как-то повелось, что в итоговых номерах «Алтайского спорта» регулярно ставятся пространные интервью со спортсменами или тренерами, достигшими за прошедший год наиболее выдающихся результатов. Но на то они и традиции, чтобы периодически их нарушать, иначе чёрные атлеты неизменно бы оккупировали весь пьедестал в мировом барьерном спринте, а на летних краевых сельских олимпиадах первое место стабильно бы брали посланцы Благовещенского района.

Наш собеседник – Артём Поломошнов, президент краевой шахматной федерации. Это не случайный выбор. Шахматы из тех видов спорта в нашем регионе, который прогрессирует из года в год. Глядя на то, как системно работают Поломошнов и его соратники, убеждаешься, что федерация – это далеко не декоративная, ничего не решающая общественная организация, которая что есть, что её нет – результат один. Нет, как раз-таки федерация может выступать локомотивом реформ и позитивных перемен в том или ином сегменте спорта. И не кажется ли вам, что одна из причин неудачного выступления в последнее время большинства наших профессиональных команд кроется как раз в отсутствии действенной помощи со стороны профильных федераций?

Беседа с Артёмом Анатольевичем длилась около часа, но разговор получился настолько плотным, что в нём можно найти ответы на многие вопросы, связанные с региональным спортом.

Развиваться по всем фронтам

– Для начала давайте вкратце подведём итоги 2017 года.

– Это один из самых успешных годов. Правда, я так часто говорю, поскольку алтайские шахматы, на мой взгляд, развиваются по нарастающей. В уходящем году был запущен проект «Шахматы в школе». Мы получили первого чемпиона России среди юниоров – Алексея Сорокина. Ему было присвоено звание «мастер спорта России по шахматам». Алексей первым в нашем регионе получил это звание. Наконец, Сорокин успешно выступил на чемпионате мира среди юниоров (до 20 лет): 17-летний парень занял шестое место, уступив всего лишь 0,5 очка победителю. И это лучший показатель среди всех россиян, принявших участие в чемпионате.

Мы получили два первых места на личном первенстве СФО среди юношей и девушек. Воспитанник алтайских шахмат Евгений Кардашевский впервые в истории нашего края стал бронзовым призёром первенства России среди студентов. Впервые сборная края пробилась в финал Спартакиады учащихся и заняла десятое место из 16. Там не очень повезло с жеребьёвкой, где-то наши ребята сыграли не свою силу, тем не менее очень приятно, что мы пробились на этот форум. 16-летная Маша Дорожкина остаётся лучшей в России среди шахматисток с поражением опорно-двигательного аппарата. Наконец, мы возродили Алтайскую гроссмейстерскую школу и надеемся, что это в ближайшем будущем даст нам новые ростки. В нынешнем году мы провели две сессии гроссмейстерской школы с привлечением лучших тренеров Сибири, а в следующем планируем не меньше трёх. Запускаем программу межсессионного обслуживания. Это предполагает получение от тренеров и выполнение нашими ребятами заданий в промежутках между сессиями. При этом работа тренеров гроссшколы строится через местных коллег. Нельзя, чтобы ученик работал параллельно с двумя тренерами – происходит разрыв в требованиях. Таким образом, создаётся вертикаль в обучении, на вершине которой находится тренер-гроссмейстер.

К сожалению, собственной плеяды сильных тренеров-педагогов у нас пока нет. Владимир Суторихин – очень хороший шахматный учитель, но он переезжает к супруге в Москву, и по-человечески я очень рад за Владимира Геннадьевича. Будем растить новые кадры. На последнем заседании Наблюдательного совета Российской шахматной федерации мы договорились, что на Алтай будут прилетать ведущие специалисты, которые займутся обучением тренеров.

Стараемся развиваться на всех фронтах, начиная со спорта высших достижений и заканчивая массовым спортом, вплоть до обучения шахматным премудростям воспитанников детских домов. Потому что, если запустить какое-то звено, рано или поздно возникнет проблема для всех составляющих. Мы на хорошем счету в РШФ, в рейтинге динамики развития регионов занимаем первое место.

Сорокин во многом сам себя сделал

– Алексей Сорокин прогрессирует на глазах. Благодаря чему и кому он так прибавил?

– Главный фактор прогресса – он сам. Да, у него есть хороший тренер, гроссмейстер Артур Габриелян. Однако у Артура не всегда находится время для систематических занятий, и Алексей – молодец, он берёт по максимуму у Артура и очень активно работает самостоятельно. На чемпионате мира среди юниоров Алексей готовился к партиям в основном сам, поскольку качество связи в очень небольшом итальянском городке Тарвизио было далеко от идеального и постоянного общения с Габриеляном не получилось. По сути, Алексей в одиночку вытащил этот турнир, хотя на него никто не ставил. Я вообще считаю Сорокина селфмейдмэном (self made man). Он сам себя делает. В любой профессии успех, по общему мнению, состоит из 10 процентов таланта и 90 – трудолюбия. Алексей пришёл в шахматы достаточно поздно – в девять лет. Представляете, какой колоссальный скачок он совершил всего за восемь лет?!

– Алексей учится в выпускном классе барнаульской гимназии № 42. Что дальше? Уедет?

– Несмотря на частые отлучки на соревнования, учится Сорокин достойно. Наша федерация провела переговоры с Алексеем и его родителями. Мы объяснили, что в ближайшие годы способны о нём позаботиться через региональное управление спорта и молодёжной политики, краевой шахматный клуб и недавно созданный Попечительский совет Федерации шахмат Алтайского края, который возглавил Максим Викторович Герасимюк. В чём это будет проявляться? Например, мы готовы будем взять на себя расходы по командированию Алексея на интересующие его турниры, а также расходы на привлечение к работе с Сорокиным тренера высокого уровня. Договорились, что Алексей остаётся в родном крае и будет поступать в местный вуз.

– Куда именно?

 – В Алтайский государственный технический университет. Здесь родительские гены, конечно же, сказываются. Папа и мама программисты, оканчивали этот вуз. И у Алексея склад ума соответствующий. Мама сказала: «Мне будет жаль, если сын не получит образование программиста». Но я уверен, всё будет нормально – в АлтГТУ готовят сильных специалистов.

Сейчас в России проводится очень интересный турнир «Щелкунчик». Это турнир поколений – лучшие юные шахматисты играют с мэтрами, в частности, с Борисом Гельфандом и Алексеем Шировым. Удивительно, почему в таком турнире не принимает участие наш земляк, повторюсь, чемпион страны среди юниоров. Разумеется, это вечная проблема периферии. Я общался во время недавней поездки в Москву с исполнительным директором РШФ Марком Глуховским по этому поводу. Попросил поддержки РШФ не только по части «Щелкунчика», но и в командировании Сорокина на международные турниры. Но здесь многое будет зависеть от уровня выступлений Сорокина в 2018 году.

– Приходилось слышать, что одним из резервов нашего шахматиста является физическая подготовка. Но на исходе сезона он отлично выступил на юниорском ЧМ. Получается, хватило сил?

– Я бы всё равно сказал, что «физики» Алексею не хватает. На мировом форуме, где он в первый раз выполнил норму международного гроссмейстера (а сделать это надо три раза) ему в какой-то мере повезло. На дистанции в 11 туров было два дня отдыха. И перед каждым днём отдыха Сорокин проигрывал. Если вспомнить прошлый год, то на первенстве Европы среди юношей и девушек не старше 16 лет Алексей отлично прошёл семь туров, претендовал на золотую медаль и вынужден был довольствоваться бронзой, потому что неудачно провёл два завершающих тура. Надо делать выводы. Шахматная составляющая, конечно, на первом месте, но и физическую готовность никто не отменял.

Мы работаем не вхолостую

– Какие таланты идут вслед за Сорокиным?

– У нас из-за проблем с финансированием два года не работала гроссмейстерская школа, из-за чего возникла определённая кадровая дыра. Тем не менее талантливая молодёжь есть. Стоит выделить Ростислава Марчука – парень 2002 года рождения занял пятое место в первенстве России среди шахматистов этого возраста. Виктория Лоскутова стала абсолютной чемпионкой СФО: выиграла блиц, классику и быстрые шахматы. Учащаяся 124-го барнаульского лицея попала в финал детского кубка России, куда отбираются семь человек (восьмой представляет регион, в котором проводится финал). В Бийске есть очень интересный парень Арсений Гайдым. Он через чемпионат СФО отобрался в Высшую лигу чемпионата России. Подрастает очень перспективный шахматист 2007 года рождения Володя Юсупходжаев, воспитанник известного нашего тренера Татьяны Цепенниковой. Полина Борисова из Бийска год не играла в турнирах из-за некоторых проблем, но сейчас тоже отобралась в Высшую лигу. И это не полный список – я назвал лишь тех, кто в данный момент особенно заметен. Звёздочки подрастают. Надеюсь, гроссмейстерская школа даст им и другим нашим землякам дополнительный импульс. Ведём сейчас переговоры о том, чтобы наиболее перспективных ребят отправлять на шахматные сессии в «Сириус» – престижный образовательный центр для одарённых детей. В этом году Алексей Сорокин посетил четыре сессии «Сириуса» и оставил о себе очень хорошее впечатление у одного из самых известных российских тренеров Сергея Рублевского.

– Не боитесь, что самых талантливых юных шахматистов начнут переманивать в другие регионы?

– Боюсь и почти уверен, что так и будет. Недавно 19-летний Владислав Артемьев из Омска – одна из главных надежд шахматной сборной России, рейтинг уже под 2700 пунктов – перебрался в Казань. Нет в Омской области таких условий, как в Республике Татарстан. И мы понимаем, что Сорокин рано или поздно уедет из края. Что по этому сказать? Значит, мы работаем не вхолостую! Будем растить новые таланты, заключать контракты, получать по ним деньги и зажигать на эти средства новые «звёздочки».

– В крае заработала программа «Шахматы в школе». С какими сложностями вы столкнулись при её реализации?

– Думаю, главные сложности остались позади. Сложно было выстроить диалог с краевым ведомством по образованию. Мы начали переговоры ещё пять лет назад. Пытались доказать прежнему руководству ведомства все выгоды и плюсы от внедрения этой программы, но никак не могли преодолеть скепсис. И я благодарен начальнику управления спорта и молодёжной политики Елене Александровне Лебедевой, которая нам помогла наладить контакт с новым руководством Минобразования. К счастью, в министерстве оказался большой энтузиаст шахматного образования в школе – Ольга Александровна Плешкова, которая очень сильно помогла в запуске программы.

Люди ведь сейчас не верят в то, что могут бесплатно что-то получить. А они реально получили бесплатный шахматный инвентарь. Мы объявили и провели конкурс среди школ, по результатам которого сельские учителя удостоились премии в 40, 50 и 60 тысяч рублей, а дети из Панкрушихи поехали на финал соревнований в Сочи. Однако главный результат в другом – учителя признают, что дети, узнавшие азы шахмат, стали лучше учиться. В селах, где заработала программа, начали проводить другие шахматные турниры, пошла раскрутка.

– Аппетит приходит во время еды?

– Ну конечно, процесс-то интересный! В Тальменском районе открыли ставку для тренера по шахматам, стали проводить конференции для учителей, преподающих шахматы. Нам ещё в чем повезло? Министр образования Ольга Васильева объявила, что в ближайшее время шахматные уроки в школе станут обязательными. В этой программе краевое управление спорта и молодёжной политики свою миссию выполнило, и сегодня инициатива в руках нашего министерства образования. Летом начинающим юным шахматистам министерство в качестве поощрения выделяет 50 путёвок в краевой лагерь. На сегодняшний день ещё 70 школ сделали заявки на участие в программе «Шахматы в школе». Из них 50 мы оснастим за счёт гранта, выделенного Фондом Тимченко. Инвентарь для остальных 20 школ будем приобретать за счёт спонсоров, которых сейчас активно ищем – требуется 400 тысяч рублей.

Поскольку положительный результат от внедрения программы виден уже сейчас, мы договорились с министерством образования, что в девяти сельских школах откроем шахматные спортивные клубы. Деньги понадобятся приличные – по 500 тысяч рублей на каждую школу. Площадки будут оснащены качественным инвентарём, учебниками, программными продуктами. А чтобы у детей не возникало даже признаков гиподинамии, мы договорились с руководством краевой федерации настольного тенниса: в каждом клубе будут установлены по два теннисных стола с ракетками и шариками. Будет такой своеобразный шах-понг: посидел ребёнок за шахматной доской, встал, размялся с ракеткой, встряхнулся.

– Хорошо, а учить педагогов, которые заняты в программе «Шахматы в школе», вы собираетесь?

– Да, и тут мы опять стремимся быть среди первых. Сформирован пул из пяти человек, в который вошли представитель АКИПКРО и четыре шахматных тренера, у которых в дипломе о высшем образовании записано: «преподаватель». Эту пятёрку мы отправили в Псков (Псковская область стала первой, где заработала программа), там они прошли необходимую подготовку и получили соответствующие удостоверения. В России на данный момент лишь Псков и Барнаул имеют право обучать учителей, занятых в рамках программы «Шахматы в школе». Кемеровчане, которые позже нас вошли в проект, могут командировать своих учителей к нам. В РШФ уверены, что в этом плане Барнаул может закрывать потребности всей Сибири.

Спонсоры и «композиторы»

– Вы довольны тем, как проходят шахматные турниры на краевых сельских олимпиадах? Насколько высок там накал и уровень борьбы? Нужны ли такие турниры в рамках олимпиад или их стоит проводить отдельно?

– Сложный вопрос… Я уверен абсолютно, что сельские шахматы необходимо выделять. Мы прошли через несколько конфликтов, когда селяне не хотели играть с горожанами, поскольку объективно уровень подготовленности разный, а деревенские спортсмены, как и любые спортсмены, люди честолюбивые. Нужно ли проводить турниры сельских шахматистов в рамках краевых зимних олимпиад? Накал борьбы там хороший, поэтому, наверное, нужно. На сельских олимпиадах шахматистов всегда поддерживают представители других видов спорта, а сами шахматисты имеют возможности поболеть за своих земляков на хоккее, зимнем футболе или биатлоне. Я за то, чтобы развивать и другие формы сельских шахматных состязаний (мы проводим первенство края и среди взрослых, и среди школьников), но олимпиада – это всё-таки ни с чем не сравнимое событие, даже на уровне региона. Не случайно Кирсан Илюмжинов давно борется за включение шахмат в реестр олимпийских видов спорта.

– Федерация регулярно проводит в крае различные этапы всероссийских соревнований и межрегиональные турниры. Что самое сложное в организации таких соревнований? Найти достойный призовой фонд?

– Каждый такой турнир отнимает очень много сил. Сформировать призовой фонд всегда сложно, но не менее важно соответствовать ему на организационном уровне. Все мы знаем: репутацию завоёвывать долго и трудно, а потерять её можно в одночасье. Один неудачно проведённый с точки зрения организации турнир – слабая церемония открытия  или проблемы с питанием и размещением спортсменов – и всё, спонсоры от тебя отвернутся, серьёзные спортсмены не приедут. А при сегодняшней информационной открытости ты ещё и быстро заработаешь дурную славу. Если к тебе приезжают сильные спортсмены, то и судейский корпус должен быть соответствующий. Это только со стороны кажется, что судейство в шахматах неважно. Ещё как важно! И секретарь соревнований должен обладать высоким уровнем подготовки, чтобы спортсмены между турами не ждали подолгу результатов жеребьёвки. Трансляция партий в Интернете должна быть чёткой. Нюансов очень много, и мелочей нет в принципе. После «Гран-при», который всегда выпадает на мой день рождения (Артём Поломошнов родился на следующий день после Дня шахмат, который отмечается 20 июля, начиная с 1966 года. – Прим. ред.), я чувствую себя страшно уставшим. Как будто пару недель вагоны разгружал. Какой тут день рождения? Хочется лежать и ничего не делать.

Сейчас у нас появился новый интересный спонсор. С 2011 года мы проводим «Мемориал памяти Рувима Кура» – первого шахматиста Алтая, выполнившего норму мастера спорта СССР. Рувим Менделеевич был одним из самых ярких и авторитетных руководителей краевой федерации шахмат. Он открыл в Барнауле городской шахматный клуб. На таких личностях, как Рувим Кур, мы стараемся воспитывать подрастающее поколение. Недавно на нашу федерацию вышел его племянник, проживающий на Кипре, и сообщил о своём желании помочь финансово в проведении мемориала в 2018 году. Если мы организуем  турнир на должном уровне, в будущем финансирование может быть увеличено, что позволит нам впервые провести в Алтайском крае этап Кубка России по классическим шахматам. А это очень серьёзный, гроссмейстерский уровень, это девять дней напряжённой, интересной борьбы.

– Какими аспектами шахматной работы в крае вы не очень довольны? Как любит говорить молодежь, что вас щемит?

– Щемят меня, пожалуй, два момента. Первый – состояние женских шахмат. Они у нас развиты не столь хорошо, как мужские. Нужен серьёзный анализ ситуации, которую невозможно разрулить каким-то одним решением. Второй момент – работа в области шахматных композиций. В регионе есть прекрасные шахматные «композиторы» – Владимир Нейштадт и Юрий Алексеев, пользующиеся успехом на российском уровне. Но мы с ними практически не сотрудничаем и ничего не проводим на уровне края. Хотя могли бы устраивать региональные конкурсы решения шахматных задач, составленных нашими же земляками. В данном случае не хватает нам в федерации энтузиаста шахматных композиций.

Притупов помогает советами

– Теперь о финансовой составляющей деятельности федерации. Если не секрет, где деньги добываете?

– Спонсоры дают. Помогают партнёры по бизнесу, с которыми у меня хорошие отношения. Мы поэтому и пошли на создание в октябре 2017 года попечительского совета, который позволит повысить прозрачность нашей работы. Спонсоры должны знать, на что тратятся их деньги – вплоть до копейки. Естественно, в первую очередь решение финансовых задач федерации строится через личные отношения. Мои знакомые знают, что я никогда не положу себе в карман чужие деньги. В порядочности Максима Герасимюка тоже никто не сомневается. Когда сами не справляемся, обращаемся за помощью в поиске спонсоров к Правительству края. В Новокузнецке шахматный попечительский совет собирает до пяти миллионов рублей в год. Мы на такие суммы пока не может рассчитывать.

– Не раз приходилось слышать: вот, Поломошнов вместе с министром финансов Притуповым в АГУ учился, поэтому-то ему просто деньги добыть на свои шахматы. Насколько эти рассуждения соответствуют действительности?

– Владимир Геннадьевич помогает советами. У нас с ним, безусловно, хорошие отношения, но надо знать Владимира Геннадьевича – он очень принципиальный и порядочный человек. Если я у него попрошу что-то такое, что не отвечает интересам края, Притупов твёрдо скажет: «Нет». Мы написали в своё время целевую программу развития шахмат – Владимир Геннадьевич помог советом на определённом этапе. Но когда разразился финансовый кризис, нашу программу тоже урезали. В два раза. Конечно, я могу зайти к своему однокашнику и обсудить какие-то вопросы. Могу обосновать свою точку зрения. Но если я обосную, то мне же придётся и доказывать её. И если я не смогу этого сделать, в следующий раз в кабинет Владимира Геннадьевича я уже не пойду.

Наша группа на экономфаке АГУ была достаточно сильной, многие себя впоследствии успешно реализовали. Наши отношения с одногруппниками строятся на основе порядочности. Бюджет шахматной федерации не такой уж большой, как хотелось бы. Поэтому средства, какие есть, требуется использовать максимально эффективно. Иногда собственные деньги приходится добавлять. Но при этом мы даём результат. А когда при небольших деньгах получается реальный результат, тогда и спонсоры придут.

Ну и хотел бы добавить, что мы привели в регион такие программы, как «Шахматы в детские дома» и «Шахматы в школе», которые финансируются федеральными спонсорами, и право на реализацию этих программ надо было сначала получить, а потом показать результат. Уж здесь точно невозможно разглядеть помощь какого-либо чиновника Алтайского края. Как говорится, осилит дорогу идущий.

Футбол, бокс, самбо, рукопашный бой, танцы

– Широкому кругу читателей спортивная биография Артёма Анатольевича Поломошнова мало известна. Может, вы в детстве мечтали стать не шахматистом, а футболистом?

– Да, так и было, не буду скрывать. Первый раз я пошёл поступать в футбольную секцию со своим страшим братом, но не прошёл по возрасту. Через год, когда уже был учеником первого класса, добился своего и моим детским тренером стал Валерий Николаевич Белозерский. Три года я занимался в одной группе с Сергеем Кормильцевым. Потом четыре года тренировался у Александра Николаевича Кулакова, в нашей группе был Николай Кашенцев. Добиться чего-то серьёзного не удалось. Может, из-за того, что часто болел, мучился ангиной. Я был футбольным середнячком, звёзд с неба не хватал, но своё отрабатывал. Кроме того, с 6 до 10 лет занимался фигурным катанием в секции «Снежинка» при Дворце спорта. Ещё ходил на плавание, год боксом увлекался, два – самбо и дзюдо, потом рукопашным боем. Шахматами занимался с первого по десятый классы. Ещё успел выучиться в музыкальной школе, играл на баяне. На первом курсе в университете пошёл в студию бального танца «Лариса», четыре года там занимался. На любительском уровне вместе с женой стали чемпионами края, заняли третье место в СФО.

Думаю, в шахматах мне как раз не хватило сосредоточенности, концентрации – везде же хотел успеть, всё попробовать. Норматив кандидата в мастера спорта выполнил, кстати, на первом курсе АГУ. После этого завершил активные занятия, потому что совсем стало некогда.

– А как же тогда произошло возвращение?

– Всегда любил шахматы за их многогранность. Они помогали хорошо учиться, поскольку правильно настраивали мозги. Только благодаря шахматам увидел страну: я рос в не совсем обеспеченной семье, а играл по своему возрасту на уровне города неплохо. Мы ездили на шахматные турниры в Хабаровск, Москву, Ленинград, Иркутск. Каждое лето выбирались в пионерский лагерь, где играли не только в шахматы, но и в футбол, настольный теннис (наша команда шахматистов неоднократно побеждала в первенстве пионерлагеря по футболу). Когда у меня стали подрастать дети, я их научил играть в шахматы. Старшая дочь, правда, не загорелась. А младшая изъявила желание заниматься, отвёл её в секцию. Понял тогда, что недополучил в шахматах спортивной составляющей. Одна из проблем родителей в том, что они пытаются самореализоваться через детей. И я, к сожалению, её не миновал. Если бы я не умел играть в шахматы, моей дочке было бы намного легче. Я много от неё требовал, где-то излишне давил. А как говорит Владимир Геннадьевич Суторихин, отец должен оставаться отцом, а требовать должен тренер.

Мои финансы позволяли бывать с дочерью на различных турнирах, я смотрел, как всё организовано, сравнивал с тем, что есть у нас. У нас было как-то кустарно. Однажды наши шахматисты через Сергея Константиновича Хатникова предложили мне возглавить федерацию, и вот здесь, кстати, ключевую роль сыграл Владимир Геннадьевич Притупов. Я пришёл к нему: «Что посоветуешь?». – «Иди».

Возродить интерес на уровне всего края

– Кто у вас любимый шахматист за всю историю этого спорта?

– Мне очень нравится творчество Анатолия Карпова. Гарри Каспаров, конечно, более агрессивен, выдавал очень красивые партии. Был Роберт Фишер с очень неординарным мышлением. Капабланка интересно играл. Но Карпов мне ближе всех из-за присущей ему  шахматной гармонии, понимания внутренних механизмов и законов игры. В лучшие годы у него была  очень сбалансированная игра: когда надо, умело защищался, когда требовалось, играл агрессивно. Если бы не бракоразводный процесс Карпова во время первого матча за шахматную корону, когда Анатолий Евгеньевич вёл со счетом 5:0, уверен, что потом мы бы и не вспомнили про шахматиста по фамилии Каспаров. Не факт, что Каспаров, проиграв 0:6, потом бы поднялся. Но личные мотивы никто не отменял… Мне кажется, что стиль игры Алексея Сорокина чем-то похож на карповский. Алексей может сыграть агрессивно, но и способен держать вязкую оборону. Понимание шахмат у него растёт с каждым годом.

– Будь у вас возможность пообщаться в неформальной обстановке с чемпионом мира Карлсеном, о чём бы его спросили?

– Даже не знаю… В детстве я мечтал встретиться с гроссмейстером. Потом познакомился с Андреем Белозеровым из Омска. Потом были такие звёзды, как Сергей Рублевский и Алексей Широв. Во время наших встреч я много вопросов задал, поэтому Магнус Карлсен вряд ли меня сможет удивить. Не хочу обидеть Магнуса – он, безусловно, великий игрок, лучший на сегодняшний день, но в его становлении огромную роль сыграли огромные финансовые возможности отца, который мог позволить нанять сыну в тренеры Гарри Каспарова. Для меня более ценно восхождение на вершины таких людей, как Широв и Рублевский. Сергей, например, выходец из российской глубинки, из Кургана. Если уж общаться с кем-то из великих, то, конечно, очень привлекательной видится самобытная, неординарная личность Михаила Таля, филолога по образованию. Таля, увы, уже нет с нами, но в ютубе можно найти его блестящее выступление перед широкой аудиторией. На одном из мемориалов Таля, где играли Гельфанд, Накамура, Аронян, Ананд, я с ними со всеми познакомился. Абсолютно обычные люди, без всякой звёздности, очень приятные в общении. Я думаю, и Карлсен такой же.

–Чего ждете в шахматном плане от 2018 года? Появления на Алтае первого гроссмейстера?

– Да! Я помню, как в 2011 году мы с Максимом Герасимюком на первом заседании президиума федерации сказали, что хотим вырастить трёх международных мастеров. Нам тогда чуть ли не в лицо рассмеялись: «Как вы это собираетесь сделать, ребята?». А мы ещё и появление гроссмейстера проанонсировали. План по международным мастерам уже перевыполнен. Появление алтайского гроссмейстера стало бы знаковым событием.

В новом году будем продолжать работу по всем другим направлениям – нужно повышать уровень системности. Хотим активно пойти на периферию, поскольку сельские шахматы у нас в тени, деревенские шахматисты варятся в собственном соку. Давно вынашиваю идею – собрать команду краевого шахматного клуба и проехаться на автобусе по нашим отдалённым деревням. Почитаем лекции, дадим сеансы одновременной игры, просто пообщаемся с энтузиастами нашей прекрасной игры. Хочется возродить интерес к шахматам на уровне всего края.

– Ваш любимый шахматный анекдот или байка.

– Может быть и не совсем шахматный анекдот, но он мне часто приходит на ум, когда я захожу в какой-нибудь ресторан пообщаться с приятелем, а там громко играет музыка, да ещё не самого высокого качества.

Клиент в ресторане: «Ваши музыканты играют по заказу?». Официант: «Конечно, играют». – «А не моги бы они поиграть в шахматы, чтобы я мог спокойно поужинать?».

Беседу вёл Сергей ЗЮЗИН, специальный корреспондент «Российской газеты» в Барнауле.

«Алтайский спорт», 29.12.2017